Посольский наркотрафик. Как российских дипломатов связали с поставками кокаина

8 месяцев ago Admin 0
Spread the love

С одной стороны, это понятно. Для далекой латиноамериканской страны борьба с наркотрафиком — актуальнейшая задача, на кону стоит выполнение предвыборных обещаний президента Маурисио Макри. Поэтому его министр безопасности Патрисия Буллрич комментирует события в соцсетях в режиме онлайн. Для России происходящее где-то за тысячи километров от ее границ, вроде бы,  не так важно. Однако, как оказалось, важно и для нее тоже.

Встал вопрос о штатах ее дипломатических представительств за рубежом — кто эти люди, которых берут туда на работу? Почему в совершенно закрытую для посторонних зону удалось принести и спрятать почти 400 кг кокаина? Насколько надежна охрана российских посольств? В условиях нынешней геополитической ситуации в мире эти вопросы особенно актуальны.

После распада СССР МИД долго лихорадило. Престиж дипломатической службы упал — заграницу стало легко попасть и иным путем, и она больше не связывалась с доступом к зарубежному дефициту и прочим редкостям, что составляло суть высокого статуса в советские времена. Зарплаты также отставали от тех, что существовали в  бизнесе. Стало привычным, что дипломат, после возвращения из-за границы уходили на пару-тройку лет в частный сектор, а после возвращался для новой загранкомандировки.

Связи с Латинской Америкой

Все это не шло на пользу мотивации российских дипломатов. Кроме того, снизился уровень проверки кадров, которые работали при посольствах, не являясь членами дипкорпуса, состоя на технических должностях. Ими нередко становились родственники, знакомые и тому подобная публика. Именно такой человек, как  считается, и пронес кокаин в посольскую школу. Впрочем, остающийся на свободе в Германии гражданин России, обвиняемый в организации всего этого дела, через своего адвоката заявил сегодня, что речь идет о провокации аргентинских спецслужб.

Латинская Америка в современном раскладе не считается приоритетным направлением для российской внешней политики. В последние несколько лет в этом регионе у России были, скорее, неудачи. Умер Уго Чавес, а его преемник оказался довольно слабым лидером, без харизмы покойного, погрузившийся во внутренние проблемы. В Бразилии «антиимпериалистов» Лулу да Силва и Дилмы Русефф, сочувственно относившихся к Москве, сменил правый политик Мишел Темер, ориентирующийся на США. Куба также замерла после кончины Фиделя Кастро и ввиду преклонного возраста его формально правящего брата. Гавана в ожидании смены поколений (и направлений) своей политики.

Схожие процессы происходят и в Аргентине. На смену Кристине Киршнер, с которой у Путина, который посетил Аргентину в 2014 году, наладился хороший личный контакт, пришел проамериканский политик Маурисио Макри, победивший на выборах кандидата от Киршнер. Теперь Кремлю приходится заново искать подход к аргентинской власти, что и продемонстрировал упомянутый в начале визит в Москву.

Макри — бывший мэр Буэнос-Айреса, выходец из очень богатой семьи, в прошлом  президент популярнейшего футбольного клуба «Бока Хуниорс». В 1991 он был похищен ради выкупа и двенадцать дней удерживался в заложниках. С тех борьба с преступностью — конек его избирательных программ как на выборах мэра, так и на президентских выборах. В борьбе с наркоторговлей он даже широко использует аргентинские ВВС, поскольку перевозка кокаина и марихуаны осуществляется на маленьких частных самолетах. 

Надо заметить, что в Латинской Америке «война с наркотиками» может стать главным содержанием внутриполитической повестки, как это произошло, например, в Мексике при президенте Кальдероне. При этом именно правые президенты, с их опорой на религиозные, консервативные ценности лидируют в этом направлении.

В условиях глобальной борьбы в Западном полушарии с наркоторговлей — от США до Аргентины, местные наркокартели усиленно ищут выход на новые рынки сбыта своей продукции, в первую очередь в Европе. Россия представляет для них особый интерес, поскольку  кокаин здесь мало известен и у торговцев им не будет конкурентов, а при этом покупательная способность населения достаточно высока (в сравнении с большинство латиноамериканских стран).

Еще в 90-е годы колумбийская наркомафия делала попытки проникнуть в Россию. Теперь следует ожидать усиления этого напора как следствия открытости нашей страны и ее вовлечения в процессы глобализации.

В таком контексте ясно, что Москва должна налаживать и усиливать контакты с правоохранительными органами Аргентины для взаимной координации борьбы с поставками наркотиков. Однако, если в ходе сотрудничества появляются конкретные результаты, то про них стоит говорить ясно и внятно, а не отдавать все распространение информации на откуп партнерам в Буэнос-Айресе. Нынешний кейс — это история про медийную неповоротливость и нерасторопность российских спецслужб и дипломатов.

Поделись!
  • Yum